Германия и Франция добились исключения из нового пакета санкций поставок в Беларусь автомобилей и других люксовых товаров. Эти две страны выступили против введения таких ограничений, исходя из политических соображений или руководствуясь экономическими интересами крупных корпораций? Вот что об этом говорят экономист и политический аналитик.
Почему возник вопрос ограничения поставок авто в Беларусь
Во время переговоров по новым санкциям Берлин при поддержке Парижа отстоял исключение их нового пакета полного запрета ЕС на экспорт авто, сообщают немецкие медиа. В итоге под ограничения попал только транспорт, который может быть использован в военных целях. Также в новый список не внесли экспорт предметов роскоши, включая кожаные изделия, парфюмерию и вино.
Вопрос о целесообразности введения подобных мер возникал в связи с тем, что Беларусь используется для обхода санкций, введенных против РФ по таким поставкам. Как выяснили расследователи проекта «Бюро», на фоне войны Беларусь стала перевалочной базой для поставок люксовых автомобилей на десятки миллионов долларов в Россию, несмотря на бойкот и санкции. Также в конце прошлого года расследователи сообщали, что после начала войны в Украине в Россию через Беларусь ввезли около тысячи премиальных европейских автомобилей общей стоимостью около 100 млн долларов.
По данным Financial Times, за два последних года объем транспортных средств и автозапчастей, которые поставляли в Беларусь из стран ЕС (преимущественно из Германии и Польши), увеличился более чем в пять раз: с 50 млн до 268 млн долларов. При этом наибольший рост экспорта был зафиксирован в сегменте самых дорогих автомобилей, которые попали под европейские санкции против России.
Экономист: От подобных ограничений мы видим обратный эффект
Франция и Германия выступили против введения некоторых ограничений, исходя из общественно-политических соображений или руководствуясь экономическими интересами крупных корпораций и каким могло быть влияние в случае их реализации, блог «Люди» спросил у экономиста Анатолия Харитончика.
— Надо бы сначала посмотреть, что там действительно приняли, а что нет. Документы могут подписать на саммите ЕС в Брюсселе 27−28 июня, — говорит Анатолий Харитончик. — Но если исходить из того, что эта информация верная, то может иметь место как общественно-политический аргумент, так и экономический. Действительно вопрос могли пролоббировать (это больше спекуляция с моей стороны). Однако российский рынок довольно большой, но явно не основной для европейских производителей, поэтому тяжело судить, действительно ли в Германии и Франции рьяно отстаивали отсутствие этих ограничений в новом пакете.
Аналитик считает, что Париж и Берлин вполне могли руководствоваться рациональным нежеланием ставить Беларусь по ограничениям в один ряд с Россией, как это объясняли и сами противники введения некоторых санкций против Минска.
— Для меня загадка, каким образом санкционные ограничения на сугубо потребительские товары должны повлиять на способность России продолжать военные действия в Украине (цель нового пакета — затруднить обход существующих санкций против РФ, поэтому они затронули и Беларусь. — Прим. ред.), — отмечает экономист. — Такие запреты как ввоз авто просто делают их доставку сложнее и дороже, но какие-то схемы все равно изобретаются. Для действительно богатых людей, в том числе приближенных к руководству (страны. — Прим. ред.), это повышение итоговой цены не доставило бы больших неприятностей. По кому бьет такое удорожание, так это по среднему классу. То есть по факту от подобных ограничений мы видим обратный эффект.
Анатолий Харитончик также считает, что запрет на поставки потребительских товаров не способен сдвинуть баланс общественного мнения в сторону оппозиции к текущему политическому режиму в России и его действиям. Именно поэтому секторальные санкции, особенно направленные на потребителей, аналитик считает скорее вредными, чем действенными, то есть способными ограничить возможности руководства России в части продолжения военных действий.
— В части Беларуси рассуждения те же: я не вижу, какие эффекты могли бы достигаться, в том числе в плане влияния на экономику. Более того, приближенным к руководству подобные ограничения не создают ощутимых проблем. Они скорее бьют по людям, которые хотели бы купить такую машину, но она бы подорожала на несколько тысяч, — рассуждает экономист и добавляет: — Беларусь действительно занималась реэкспортом автомобилей в Россию, особенно это было заметно в статистике в конце 2022-го и первой половине прошлого года. Тогда серьезно рос непродовольственный импорт. Сейчас по статистике мы видим, что, несмотря на космический рост внутреннего потребительского спроса, непродовольственный импорт снижается. Скорее всего, это связано как раз с усложнением цепочек реэкспорта. Но мы не видим, чтобы это сильно повлияло на экономику в целом.
Политический аналитик: Франция и Германия и дальше хотят продавать автомобили
За широкий запрет выступали страны Балтии и Польша, которые считают, что эти товары через «беларусское окно» попадают в Россию, отмечает в своем телеграм-канале политический аналитик Александр Фридман. А Берлин и Париж утверждают, что в вопросе санкций нельзя ставить Минск и Москву на одну чашу весов, потому что Беларусь напрямую не участвует в войне России против Украины.
«Данная история выглядит, однако, в реальности куда более банально: дело не в степени участия Беларуси в войне, а в интересах Франции и Германии, которые и дальше хотят продавать автомобили и предметы роскоши своего производства в Россию через Беларусь», — пишет аналитик.
Александр Фридман считает, что «для режима Лукашенко это хорошая новость, но ему пока все-таки рано праздновать победу». В то время как за счет вычеркнутых пунктов из санкционного списка Беларусь продолжит зарабатывать на реэкспорте автомобилей и предметов роскоши, там все же оставили более важное ограничение, которое касается калийной отрасли.
Напомним, европейские страны также обсуждали возможность ввести послабление санкций по беларусскому калию.
